Dracula, l'amour plus fort que la mort (18+)

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Кельи монахинь

Сообщений 31 страница 51 из 51

31

Сорси молча наблюдает за тем, как слова доходят до Джонатана и он все-таки срывается и убегает. Тяжелый вздох. Игра уже не казалось такой забавной, и виной тому стал Харкер. Вампир тихо подошел к двери и приложил ладонь, считая до пяти про себя.
- Пять... - перед глазами всплывали картины недавнего прошлого, начиная с того, как Джонатан его пугался и избегал встреч в замке, как в первую же ночь натравил на клерка невест-вампирш, за что оказался наказанным графом.
- Четыре... - потом они сумели-таки найти общий язык. Это даже забавно, что спасение от Сатин помогла Харкеру довериться блондину.
- Три, - Сорси пригласил Харкера ночевать у себя. О да, на территорию Души никто никогда не посягал, кроме графа. Никто не рисковал переходить границы его комнаты, если он этого не хотел. А Харкера пустил. Сам.
- Два... - он вспоминает то, как полез к Джонатану, а тот стал так мило и отчаянно сопротивляться ему. Но разве это возымело результат?
- Один... - а потом жаркая ночь, жар тела живого, которого не хватало самому Сорси, который не мог дать граф, даже если и уделял блондину внимание такого рода.
- Ноль, - приглушенно проговорив, вампир вышел из комнаты и пошел спокойно вниз, а потом остановился напротив Харкера, который уже успел вернуться и теперь...
Теперь отчаянно просил Сорси убить его.
"А могу ли я?" - снова то человеческое, что осталось в нем, то, что он упорно прятал ото всех и даже графа. Кого-то вампир убивал без сожалений, а к кому-то успевал привязаться и не желал расставаться.
- Джон... - блондин хотел было ответить ему, но тут вмешалось непредвиденное обстоятельство - Сатин. А потому Сорси быстро нацепил привычную маску, скалясь, безумно скалясь, не хуже тех самых хищников, которые рвут на части свою жертву. - - Рогатая, ты что, не понимаешь слов, когда говорят ждать? Не удивительно, что он вернулся. С такими бесцеремонными и не чтящими традициями совсем не интересно играть. И воспитание у тебя тоже страдает. Кто тебя учил, что еду можно так хватать за шею? Задушишь - останемся вообще без ужина. Да и вообще, - вампир быстро преодолевает то расстояние, которое их разделяет, хватает Сатин за руку, буквально отдергивая от шеи человека, после чего дергает ее на себя. - Тебя вообще граф не поставил в известность, так может он и не хотел, чтобы ты принимала в этом пире участие? Может, ты ему больше не нужна? Когда последний раз он навещал тебя в твоих холодных покоях? Сомневаюсь, что это было хотя бы в этом году. Ты больше не нужна графу. Он поехал за новой женой, и скоро привезет ее сюда. И ты ему больше не будешь нужна, - оттолкнув ее от себя так, чтобы вампирша пролетела сквозь стену, Сорси подошел к Харкеру и взял аккуратно за руку, а потом потянул к двери. - Прости, я не могу тебя убить. Тебе не стоило... - блондин осекся, останавливаясь у самой двери. - Мне не стоило устраивать то, что было в комнате. Я падок на живых людей, а потом убить не могу. Становится жалко. Помолись, чтобы Бог забрал твою душу раньше, чем ты перешагнешь через порог. Может... он хоть сейчас услышит тебя? - потянувшись, Сорси выдернул крест, который тут же оставил свой след, прижигая пальцы вампиру. О да, нельзя трогать кресты, нельзя касаться ничего святого... это может ненароком убить. - Думай о чем-нибудь приятном. Это поможет пережить последние мгновения боли, - распахнув дверь, блондин толкнул Джонатана наружу. - Прости, - совсем тихо добавив, вампир отрезал ему последний путь к побегу, встав прямо за спиной. Вампиры оживились, увидев добычу, в глазах читалось нетерпение, только Сорси это уже не интересовало. Он просто вывел жертву, а дальше...
"Больше это не мое дело, пускай сами решают, кто будет пировать. У меня совсем пропал из-за него аппетит".
Тихий и едва слышимый вздох, после чего Сорси толкнул Харкера в спину, чтобы тот слетел с лестницы. Может ему повезет, и он свернет так шею?

0

32

Пуазон критически покачала головой и отвернулась в тот самый момент, как Сатин бросилась вверх по лестнице. Каждый раз одно и то же, каждый раз крики, сцены, кто-то обязательно кричит, кто-то визжит, они обязательно ругаются между собой и давно уже не веселятся. Кто в этой безумной семейке эмоции, в конце концов? Судя по происходящему, кто угодно, только не она. Лезть в гущу событий не хотелось. Пуазон хватало ума, чтобы представить реакцию Сорси на внезапное появление Сатин. Судя по грохоту, да, с реакцией она не ошиблась.
- Виктор... - протяжно вздохнула она, извлекая куклу на свет, - как же мне иногда хочется покусать их всех. Аккуратненько так, красиво покусать, чтобы больше никто никогда не проснулся! Сатин, Сорси, невест этих, остальных вампиров... Интересно, сколько их в мире вообще? Я бы всех покусала насмерть, чтобы стало тихо. Что происходит? За эмоции тут отвечаю я! Я, я, я, я, я! - Пуазон затопала ногами и потрясла Виктора, - что ж все так тоскливо, а, Виктор? С кого бы мы начали?.. Мы бы начали с Сатин... Она бы, наверное, до последнего читала нотации, что да как делать и почему так нехорошо кусать старших. Потом мы бы перешли к Сорси. Конечно, это было бы непросто, но... Нет, не хочу так!
Пуазон покачала Виктора, как ребенка пару минут, потом ей это надоело, и, снова спрятав игрушку, она повернулась к келье, собираясь крикнуть все, что она думает об очень медленных вампирах, повернулась очень вовремя, как раз чтобы увидеть, как живописно милый мистер Харкер летит с лестницы.
"Это что-то новое. Даже не похоже на Сорси. И зачем он так?.."

- Джонотан, Вы соскучились и решили вернуться ко мне? Как это мило... Вот только не пойму, в каком виде Вы решили вернуться, живом или мертвом... Как Вы себя чувствуете? Вам помочь, Джонатан?
Пуазон даже протянула руку скорчившейся на полу фигуре, пока не очень понимая, способна ли она еще на что-то реагировать и будет ли способна вообще когда-нибудь...

Отредактировано Poison (2013-04-13 00:49:07)

0

33

Джонатан не мог больше видеть ни эту лестницу, ни полчища голодных тварей у ее подножия. Джонатан попросту закрыл глаза и представил себе… океан.

Он стоял на самом краю утеса – волны бушевали далеко внизу, вздымаясь, пенясь, протягивая свои лапы к нему. Они были уверены, что получат его во что бы то ни стало, и каждой хотелось оказаться первой… Вновь и вновь вздымалась мутная, алчущая поверхность воды, блестела, озаряемая бесконечными вспышками молний… Харкер не хотел искушать стихию и уже занес было стопу над обрывом, когда резкий, почти осязаемый порыв ветра опередил его, ударив в спину и опрокинув в беснующуюся пучину…

Джонатан судорожно вдохнул и тут же закашлялся, давясь; по металлическому привкусу  осознал, что во рту была отнюдь не морская вода, и повернул голову, чтобы кровь прекратила затекать в горло. Видимо, он неслабо приложился лицом во время своего «полета».
Разлепить веки удалось с большим трудом. Клерк слишком поторопился сесть: теперь в глазах снова потемнело, кровь горячим потоком хлынула из носа. Тем не менее, он вцепился обеими руками в перила и, проигнорировав издевательскую учтивость вампирши, поднялся, шатаясь, и сплюнул себе под ноги. Колени подкашивались, но Харкер все равно умудрялся стоять почти прямо.
Сердце панически билось, ритмично выталкивая алую кровь из поврежденных артерий. В голове крутился калейдоскоп обрывков случайных фраз. Рассудок все еще пытался привести сознание в чувство, но безуспешно: все вопросы, доводы и выводы рассыпались в прах.
Харкер обвел пустым взглядом столпившуюся вокруг вампирскую братию и облизал разбитые губы.

0

34

Сатин приоткрыла рот в изумлении. Сорси злился. Сорси реально злился, а не просто язвительно разговаривал с ней, как обычно. В его руке, которая оторвала когтистую ладонь Совести от горла человека, даже появилась неожиданная сила. Сатин не ожидала этой злой, яростной энергии, поэтому от неожиданности даже не стала сопротивляться.
"Что происходит? Я не делаю ничего, что могло бы его разозлить... Или всё же делаю?"
Вампиру даже удалось задеть её за живое, упомянув о ненужности графу.
"Он еще имеет наглость мне об этом напоминать?! Встречу графа - прямым текстом поинтересуюсь, какого чёрта он не сообщил мне о Харкере... Вот только почему он сравнивает меня с этой таинственной новой невестой? Какие к тьме покои?! Я никогда не исполняла для Дракулы роль жены - и ему это прекрасно известно. О, дьявол, что происходит с Сорси?"
А потом светловолосый вампир легко оторвал женщину от земли и бросил через стену. Это было так неожиданно, что Сатин даже вскрикнула. Пролетев пару метров, она довольно некрасиво опустилась на холодный пол. Холодный?.. Нет, конечно, вампирша не чувствовала холода и ей на это было ровным счётом наплевать.
- Сорси, - зашипела она злобно, - что ты себе позволяешь, мальчишка?!
Совесть мысленно воздала молитву всем тёмным божествам этого мира за то, что никто из свары вампиров внизу этого не видел. Она собралась вернуться в комнату. Сорси швырял как котёнка неподготовленную, изумлённую Сатин. Со злой и яростной Сатин ему пришлось бы сражаться на равных.
В этот момент дверь открылась, и человеческое тело кубарем покатилось по лестнице вниз.
"О Тьма! Кажется, он съехал с катушек".
Теперь женщине было уже не до неожиданно взбесившегося Сорси. Внизу лежал человек, а до чутких ноздрей Сатин уже долетал запах. Восхитительный, манящий, прекрасный. Запах харкеровской крови.
Совесть быстро поднялась на ноги и как ни в чём ни бывало спустилась вниз. Не удержалась и покровительственно взъерошила искусственные волосы чем то недовольной Пуазон.
- Не волнуйся, дорогуша, - хмыкнула женщина в её сторону, - всё неприятное уже закончилось.
Потом остановилась рядом с лежащим Харкером, источающим вкусный запах. Опустилась на корточки. С трудом удержалась от того, что бы впиться в пульсирующую жилку на шее. Вместо этого наклонилась к самому уху человека и зашипела-зашептала:
- Между вами что-то произошло, правда? Сорси ведёт себя не так, как обычно... Уж не думаешь ли ты, что он что-то чувствует к тебе? - Сатин с нажимом и какой-то особенной брезгливостью произнесла слово "чувствует", - и не надейся, человечишко. Он - тьма, чудовище, монстр. Сейчас он спуститься сюда и с наслаждением перекусит твою нежную шейку.
Женщина, словно насмехаясь, пощекотала шею клерка длинным когтём и продолжила:
- Не надейся, Харкер. Отринь всякую надежду - глупое человеческое чувство. И умри в отчаянье. Ведь вкус отчаянья так сладок...
Сатин усмехнулась, провела когтём по губам Джонатана и слизнула с пальца кровь. Потом выпрямилась и обернулась к Пуазон.
- Вижу, ты вся извелась. Думаю, можно начинать.

Отредактировано Satine (2013-04-17 23:15:25)

0

35

Девушка ехала уже неделю. Путешествие было довольно таки утомительным для Вильгельмины, да и непривычно оно было для неё. Не совершала она ранее таких длительных поездок, и если поначалу её это даже забавляло, интересовало и ощущение чего-то нового не давало скучать, то за неделю это ощущение притупилось, оставив её наедине со своими мыслями, которые вряд ли могли сойти за спокойствие.
Мину волновал незнакомец в белом костюме. Ей казалось, что она сошла с ума, раз позволяет себе так себя вести. Раз позволяет себе быть... влюбленной? Да, именно так. Влюбленной.
Это пугало Мюррей... Но при этом от одной мысли о графе её сердце наполнялось какой-то теплой тяжестью, сладкой мукой. От которой ей хотелось сбежать, но в тоже время она не могла себе представить, как жить без этого.
"К Джонатану я никогда такого не ощущала... Он был мне как друг, как лучший друг. Как брат... И то, что я чувствую сейчас, не отрицает моей нежной любви к нему, но..." - мысли девушки путались, она не могла разобраться в своих ощущениях. Даже неделя вынужденного одиночества без близких людей не помогла ей справиться с этой проблемой.
Через неделю девушка достигла места назначения.
Внимательно осмотрев кривоватую часовенку и задавшись вопросом о том, сколько же ей лет? Девушка, поправив теплый плащ, отправилась к входу, где ей слышались голоса и не зря... Там она увидела мужчину, в котором из-за обилия крови едва узнала своего жениха. Позабыв о вещах, Мина бросилась к нему.
- О, Джонатан... - даже не обратив внимания на рядом стоящих женщин, прошептала она. Кого-то она оттолкнула, как ей казалось, или задела. Но вряд ли она об это сейчас вспомнит, слишком сильно в ней сейчас бурлит беспокойство. – Милый мой, что с тобой стало... - взгляд девушки лихорадочно скользит по его лицу, ища признаки разума и трезвого сознания. Сейчас в её мире не существовало никого, кроме него. Того, кого она считала своим лучшим другом. Того, кого она выбрала себе в мужья. – Тебе срочно нужна помощь...

0

36

Прошла неделя... Что значит неделя для бессмертного существа? Это как ничтожный миг в его долгой жизни. Всего лишь миг, но каким долгим он показался. Все шло не так, совсем не так. Да, Мина определенно заинтересовалась странным незнакомцем, который повел себя настолько дерзко, но... Дракула все пытался понять, что же он упустил. И если девушка была в его власти, то почему сбежала? Почему все равно отправилась за своим женихом? Как это понимать? Или стоило принять какие-то более серьезные меры? Кто знает... И... это все больше выводило вампира из себя. Настолько, что ему с трудом приходилось сдерживаться, чтобы не сорваться и не устроить в Лондоне кровавую бойню. И все из-за нее. И из-за того, что из-за какой-то глупой симпатии к своему жениху, Мина вот так просто сорвалась и теперь мчится в Трансильванию. Что за жертвенность? Зачем? И, главное, ради кого? Ради того, кто предал ее? Ради того, кто поддался соблазну и пошел путем греха?
"Мина... ты столько наивна... Никому нельзя верить. Совершенно никому..." - все это время граф специально не связывался со своей свитой. Причина была довольно простой - Дракула был в смятении. А еще, он чувствовал снова разлад в своей свите.
"Да когда же они перестанут ругаться между собой? Я точно сойду с ума от этого!" - от этого хотелось взвыть как волку на луну. Все это действительно сводило с ума. Причем все больше и больше. Но сегодня, когда, по его подсчетам, Мина должна была уже быть в Трансильвании, граф решил узнать, что там происходит.
Вот только то, что он увидел, понравилось ему еще меньше. Во-первых, Харкер все еще был жив. Более того - Дракула явно видел, причину этого. И причина эта его, мягко говоря, разозлила.
"Снова он за свое..." - от одной мысли о том, что Сорси привязался к человеку, все внутри переполняла ярость. И ярость эта была настолько сильной, что в какой-то миг хотелось дать команду и уничтожить всех. И Мину, которая вот так просто ускользнула от него. И Сорси, который снова отказался подчиняться. И... Вот только граф сдержался. Да, снова сдержался.
"Все выходит из-под контроля..." - а потому ничего лучше не находилось, как найти новый выход.
"Я закончу в Лондоне то, что начал. А потому уже буду искать виноватого и решать, как его наказать..."

0

37

Сорси смотрел как-то отстранено на то, как слетел с лестницы Харкер, как потом поднялся...
"Значит, выжил... мне жаль, Джон. Лучше бы ты сейчас свернул шею. Теперь тебя ничто не спасет..."
Стоя наверху лестницы, вампир смотрел на все происходящее с каким-то даже отвращением. И хуже всего было то, что он и сам был одним из них. Одним из этих кровожадных созданий, которых не волновало ничто, кроме утоления жажды.
"Просто моя жажда другого рода... просто иногда мне хочется чувствовать себя хотя бы немного живым... но видимо я просто занимаюсь самообманом, надеясь, что кто-то из них сможет дать мне это. Тепло уже никогда не вернется в это тело. Я мертв".
Собственные мысли ввергали Сорси в пучины отчаяния, а потому, когда Сатин подошла к Харкеру, он просто отвернулся.
"Она права. Я монстр и ничем не лучше остальных. К чему все эти мечты?"
Вдох... выдох... блондин старался унять все те непривычные ощущения, которые зарождались в нем. И так происходило каждый раз: он привязывался к кому-то из живых, напридумывал себе что-то, а потом страдал. Но...
"Что?!"
Услышав посторонний голос, блондин резко развернулся на каблуках. Это была ОНА. Та, кто рушила его жизнь. Та, ради которой граф уехал. О, сколько ненависти он пытал к ней сейчас, считая, что она отняла у них всех графа. У него лично.
Сорси в несколько секунд преодолевает разделяющее их расстояние лестницы, надевает на лицо привычную ухмылку, а потом отталкивает девушку от Харкера.
- Своей добычей мы не делимся, смертная! А тобой мы потом займемся! - усмехнувшись, он развернул Джонатана к себе лицом, играясь им так, словно он тряпичная кукла. - Ты ведь не против этого, милый, да? - он нарочно целует Джона, чувствуя на губах его кровь и наслаждаясь этим вкусом. - Он теперь наш... - проговорил тихо вампир, после чего подтолкнул человека к Сатин. - Дорогая, он явно хочет познакомиться с твоими клыками в первую очередь! А я займусь его прекрасной невестой... - блондин шагнул в сторону Мины, хватая ее за руку и дергая к себе, тут же скользнув второй рукой по ее талии и прижимая к себе. - Она выглядит вполне аппетитно и куда более съедобно, чем он. Уверен, что она еще и девственна, а потому ее кровь должна быть просто... - кончиком язычка он провел по ее шее, отпустив руку Мины и убрав волосы на сторону, а потом оскалился, словно дикий зверь. - Сатин, дорогая, тебе понравится ее кровь! Считай, что это будет моим извинением за плохое поведение! Ты же знаешь, как я сильно люблю тебя и иногда бываю не слишком сдержан! - хохотнув, Сорси закружился вместе с девушкой, продолжая удерживать ее за талию, чтобы она не сбежала.
ОНА... проклятие, которое должно разрушить привычную жизнь. А ведь блондин говорил графу, чтобы он не ехал в Лондон! Говорил, что все пойдет не так, что все... все это разрушится, вся их привычная жизнь...
"Он неделю не выходил на связь с нами... забыл? Мы ему больше все не нужны? Он променял нас на нее?!"
Злость захлестывала, не оставляя места уже прежним переживаниям, которые буквально несколько минут назад терзали его душу. Вот она! Корень всех их бед, та, которая принесла разлад в их семью! Именно ради нее граф уехал и бросил их всех здесь, соврав, что просто хочет купить землю там. Но нет, граф явно не только ради этого отправился и не ради мести Богу, который когда-то отвернулся от него. Он поехал ради НЕЕ. Потому что она была похожа на его мертвую жену. И он явно любил ее так же, как прежде. Иначе Сорси просто не мог объяснить то, почему она еще жива и даже не обращена.

0

38

Харкеру было все равно, Харкеру было уже абсолютно все равно. Он равнодушно выслушал речь Сатин, даже не отстранившись от ее рук. Он не боялся больше ни боли, ни смерти; наоборот, смерть была желанным избавлением, а боль... ну что ж, боль была неизбежна, как неизбежен всякий тернистый путь, уготованный грешнику.
Джонатан смирился со своей судьбой, и ей это, похоже, пришлось не по нраву.

- Мина!.. - он пораженно уставился на девушку как на какое-то видение. В общем-то, поначалу он и принял ее за таковое и даже обрадовался, что светлый лик возлюбленной скрасит его последние минуты. Но потом клерк осознал, что она не греза и не сон и что вампиры хищно скалятся на нее, облизываясь... Вот тут-то страх по-настоящему сковал Джонатана - до мучительно исказившегося лица, до трясущихся рук, до мутной пелены в глазах...
"За что?!" - чуть было не взревел Харкер, но смолчал, больно прикусив и без того ноющую губу. Известно, за что... Нет, не оправдались малодушные надежды на то, что истинное наказание не настигнет его. Провидение не смилостивилось - и вот своим падением он погубил ни в чем не повинную душу. Самую любимую душу на свете.
- Зачем, о, зачем ты приехала?! Уходи отсюда! Беги, они же...
Остальные слова застряли в глотке, как только возникший из ниоткуда Сорси грубо отпихнул Мину в сторону. Джонатан так и замер в немом крике с протянутой к ней рукой - в следующий миг его так же грубо дернули за плечо, поворачивая к себе. Он не ожидал увидеть в гетерохромных глазах столько ненависти и злости и даже растерялся, но когда понял, в чей адрес была направлена вся эта агрессия, то и сам задрожал от ярости.
- Только попробуй ее тро... - Джонатана бесцеремонно заткнули поцелуем, и он на самом деле почувствовал себя безвольной куклой, игрушкой, с которой можно было вытворять все что душе угодно...
Как бы не так.
Едва лишь его оттолкнули, Харкер увернулся от когтистых лап вампирши и неловко отпрянул от нее. Неожиданно сильно и резко закружилась голова, и он не удержался на ногах; падая, видел, как блондин подступает к Мине, хватает за руку... Выругавшись себе под нос, он кое-как поднялся, сплюнул кровь и шатаясь направился к ним.
- Я сказал, только попробуй ее тронуть!.. - прорычав это, он вклинился между ними, ногтями впиваясь в оголенное предплечье Сорси, оттесняя и отталкивая вампира и заслоняя Мину спиной. Его всего трясло - на этот раз вовсе не от парализующего ужаса. Джонатан вдруг почувствовал в себе необыкновенную силу, точно у него открылось второе дыхание. Если бы не остальные твари, подобравшиеся почти вплотную, он уже кинулся бы на него; сейчас же он должен был быть рядом, защитить ее от зла во что бы то ни стало.

Отредактировано Jonathan Harker (2013-04-25 20:03:33)

0

39

"Она? Это действительно она?" - эта девушка так бесцеремонно оттолкнула Сатин от добычи, что вампирша чуть было не вцепилась сразу ей в шею длинными когтями. Вот, значит, та о ком говорил Сорси? Та, что оказалась дороже всех для графа? Может Совесть и была бы спокойнее и не отреагировала на подобное как-то резко, но общая атмосфера вокруг начала накаляться все сильнее.
- Ооо. я прекрасно знаю о твоей "любви", Сорси! - Сатин рассмеялась и, сложив руки на груди, наблюдала за тем, как вампир закружил девушку. - Похоже на нашем пиршестве появилось еще одно блюдо. И, даже лучше прежнего! - прошествовав к Харкеру, она аккуратно ухватила его за шею и отдернула от девушки, которую он так геройский закрыл своим телом. - Знаете, мистер Харкер, - чуть сжав пальцы, она приподняла клерка над землей на несколько сантиметров. - Подобные геройства никогда до добра не доводят, - в какой-то миг она даже оскалилась, разжимая пальцы и отпуская "жертву". - Как думаешь, Сорси, может отдать его остальным, а нам оставить девушку? Вот только, - в голосе послышалась досада, - она сейчас так перепугается, что ее кровь совсем потеряет свой вкус.
"Разве не этому граф учил меня? Не вся кровь одинаковая по вкусу, и нужно брать только лучшее... - сейчас эти мысли об этом уроке вызывали только неприятную боль в груди. Только боль ли? Разве может вообще вампир чувствовать боль? - Неужели граф и правда нас бросил ради нее? Или... или только меня? Впрочем, зачем ему Совесть?" - от этого становилось еще более противно. Обернувшись к белокурой девушке, Сатин медленно провела по губам кончиком языка.
- Может прямо сейчас ее попробовать? Не просто же так она явилась сюда, - мысленно же Совесть уже представила ее растерзанное тело.

0

40

«Как он может спрашивать, зачем я приехала? Не потому ли, что мое место подле своего будущего мужа?»
Пожалуй, в любой другой ситуации мисс Мюррей даже слегка обиделась бы на своего дорогого Джонатана за такой вопрос, и такое странное отнюдь не радостное приветствие после столь длительной разлуки. Но сейчас все это было простительно и совершенно не важно.
«Верно, все это последствия той самой жестокой лихорадки, о которой писали добрые монахини в своем письме…»
Сейчас, по мнению Вильгельмины, намного важнее было отвести Харкера куда-нибудь, где можно отдохнуть, успокоиться  – хотя бы в ту же самую часовенку, там верно ее дорогой жених сможет поспать, а она будет охранять его сон. Но, увы, этим планам не суждено было сбыться, потому что просто не откуда возникли двое, мужчина и женщина, облаченные во все черное. Если Мина в какую-то долю секунды подумала, что просто не заметила, как подошли эти незнакомцы, ибо была поглощена беспокойством о своем женихе, то реакция Харкера была такая, будто эти двое только что появилась из Преисподней.
Произошедшее далее промелькнуло перед Миной, словно одно кошмарное мгновение  – то таинственный блондин целует Джонатана, то в долю секунды оказывается подле нее и бесцеремонно кружит в танце; а незнакомка, скалясь, словно дикое животное, одним движением руки приподнимает Харкера над землей, словно он тряпичная кукла...
Но даже не столько поведение и страшные речи напугали девушку, сколько лютая ненависть и ярость в глазах, от которой в жилах леденела кровь. Словно она, Вильгельмина, отобрала у этих незнакомцев что-то бесценное. Но что?
Поддерживая Харкера под руку, дрожащая Мина прижалась к нему всем телом:
- Во имя Господа Бога, что вам надо от меня и моего жениха?! Не троньте его! – чуть не плача, взмолилась девушка – Неужто вы не видите, он болен? Если вам нужны деньги, то вот возьмите… – Мина поспешно вытащила несколько серебряных монет и кинула их под ноги Сорси и Сатин.

0

41

"Смотреть противно..." - от одного вида того, что Мина бросилась на помощь своему ненаглядному жениху, передергивало. О, знай она его истинную сущность, кинулась бы так навстречу? Едва ли... Впрочем, разве что эта девушка действительно ангел.
"Ангел... это даже смешно. Любого ангела можно легко совратить с пути истинного. И это еще раз говорит о темной природе человека. Дай ему то, что он жаждет и все..." - будто в синематографе, о котором сейчас кричал весь Лондон, граф наблюдал за тем, что происходит в его родной Трансильвании. Вот только ситуация все больше и больше накалялась и должно быть, пора было уже вмешаться. Но граф пока ждал. Чего ждал? Хотел проверить, как далеко зайдет его свита? Посмеет ли убить ту, ради которой Дракула организовал всю эту авантюру?
"Посмеют? Очень похоже, что посмеют. Сорси в бешенстве, хотя, ему ли быть в бешенстве, когда именно он и нарушил мой приказ? Харкер уже должен был быть мертв, а он мало того, что жив, так еще и Мина, услышав об этом, рванула к нему, нарушив все мои планы!" - ярость... с каждой минутой она становилась все сильнее. Была ли эта ярость только его, или же передавались эмоции всей остальной свиты, готовой разорвать смертных на куски уже сейчас? Но позволить это было нельзя.
"Сорси, Сатин, я приказываю прекратить это. Любого, кто причинит вред этой женщине, я уничтожу. Она моя жертва и принадлежит только мне..." - а его ли свите было не знать, что граф всегда выполняет свои обещания, а потому не стоило перечить его приказам?
"Да только они все равно перечат и, более того, пытаются скрыть это от меня..." - а это было глупо. Глупо, так как Дракула знал их мысли, так, будто это были его собственные мысли. И даже сейчас связь со свитой была очень сильной. И кто знает, не была ли та ярость изначально яростью самого графа, от того, что Мина так легко сбежала от него.
"Ты поплатишься за это, Мина..." - о да, Дракула вновь желал мести, но только собирался отомстить ей таким образом, какой мисс Мюррей едва ли могла предугадать.

0

42

Признаться честно, но Сорси не слышал того, что говорила Сатин. Его разум застилала пелена гнева, которая просто не давала и возможности разумно мыслить. Поступок Мины только подлил масла в этот огонь.
- О, совсем недавно Ваш жених был абсолютно здоров, правда, Джон?! - ехидно произнес он, а после залился истерическим смехом. Может, его немного отрезвило то, что в предплечье так вцепился Харкер, потому что блондин встрепенулся и замолк на мгновение, а потом поморщился от не особо-то приятного ощущения. В следующее мгновение он перехватил руку Джонатана, отдергивая от своего предплечья.
- Синяки оставишь, Джон, - прошипел вампир, уже и вовсе не обращая внимания на пожаловавшую гостью. - И ради нее... - вампир с трудом выговаривал слова, он понимал, что уже не владеет собой и может совершить что-то такое, о чем потом пожалеет, но...
- Чем она лучше меня?! - слишком резкое движение, Сорси выкинул руку вперед и сжал пальцы на шее человека, собираясь его явно убить за то, что...
А за что, собственно говоря? За то, что Джонатан оказался просто человеком и не смог устоять? За то, что ничего не обещал? За то, что до сих пор жив? Или же из-за того, что Сорси просто и банально завидовал? Последнее ближе всего к истине.
О да, он завидовал, что этот человек так сильно любит свою невесту, что после случившегося не думает ни о ком, кроме нее. Даже сейчас встал на ее защиту.
- Я мог бы дать тебе многое, Джон, но ты отверг мою благосклонность. Как необдуманно и глупо делать сие, - сильнее сжав пальцы, он хотел было сломать шею несчастному клерку, но вздрогнул и ослабил хватку, когда услышал в голове голос графа.
"Вот как? Решил объявиться тогда, когда игра уже начата?"
Сорси даже скрипнул зубами от негодования. Его жертва? Его?! Да как же он тогда упустил ее из своих рук?!
- Не бойся, Джон, мы ее не тронем... меня не интересуют девушки, - словно опомнившись, снова заговорил Сорси, после чего переложил ладонь на шею несчастного сзади, теперь нежно и ласково поглаживая. Сломать шею? О,нет, это слишком просто теперь. Хотелось отыграться сполна за все то, что пришлось пережить ему.
"Ты будешь умирать медленно и на глазах своей дрянной невесты. А раз так графу угодно, то она будет жить с этим. Угодно... как легко он променял свою свиту на это подобие его жены. Раньше бы он нам не запретил убить кого-то, а тут... неделю молчал, а ради нее все-таки связался с нами", - ревность, да-да, именно она сейчас мешала Сорси трезво мыслить. Банальная ревность к Мине из-за того, что она сейчас получила практически защиту от графа. Хотя...
"Тогда я поступлю по-другому", - безумная улыбка коснулась губ, после чего блондин придвинулся вплотную к Харкеру, шепча в его губы.
- Беги-беги, пташка. Я все же оставляю тебя в живых с твоей птичкой. Возвращайся в Лондон, а еще лучше - немедля женись, - после отступив от него, вампир повернулся к Сатин и кивнул в сторону "дома".
- Сатин, уходим. Нам здесь делать больше нечего. Она испортила всю игру.

0

43

Пуазон торопливо отступила в тень в тот самый момент, когда к Джонатану подлетела его драгоценная невеста.

«Ах, как это романтично и нелепо! И как банально… Молодая невеста влетает в церковь и еще успевает застать своего истекающего кровью жениха живым… Он успевает сказать ей, что любит и умирает с ее именем на губах. Что ж, это даже хорошо, а то у меня возникло неприятное чувство, что Харкер собрался умирать с именем Сорси».

Сценарий этого спектакля Пуазон знала прекрасно, он был как будто списан с какой-то старой книжки, вероятно, очень старой… Пуазон не читала книг последние сто лет, но этот сюжет откуда-то помнила. И теперь недовольно кривила губы, замерев у лестницы. Из того же источника она знала и то, что в этом спектакле ей роли не предусмотрено. Не тянула она никогда на героиню драматических произведений о любви, даже второго плана не тянула. Зато она всегда могла превратить это самое трагичное и светлое во что-нибудь более веселое и куда более трагичное. Она бы и занялась этим, только вслед за невестой на сцене появился еще один герой. При нем Пуазон играть не рисковала, ибо кого здесь играет он, ей все еще было неясно. Дальнейшее уже не соответствовало известному ей сценарию. Наконец-то случившаяся встреча графа со своей свитой вовсе не напоминала столь долгожданное воссоединение семьи. Казалось, у каждого накопилось слишком много претензий ко всем остальным, к тому же все явно страдали от недостатка внимания графа и присутствия этой чудесной девушки. Пуазон же не чувствовала к ней ровным счетом ничего. Она вообще не привыкла ничего чувствовать к еде. В невесты графу она себя никогда не прочила, а ее место ребенка в его сердце и доме никому не занять, в этом вампирша была уверена. А вот последняя реплика Сорси ее покоробила:
- Ты забыл, что здесь еще есть я? Или отчаяние от расставания с так полюбившейся тебе игрушкой совсем затмило твой разум? Здесь еще есть я, я, я! А ты зовешь Сатин! Даже когда игра заканчивается, негоже забывать партнеров, мой милый…

0

44

Позвонки зловеще хрустнули, когда многострадальная шея вновь оказалась в чужих лапах. Реальность незамедлительно трансформировалась в какой-то фантасмагорический калейдоскоп – сейчас, чтобы вырубить Харкера, не требовалось особенно утруждать себя. Клерк держался из последних сил.
- Чем она лучше меня?!
Даже не пытаясь вырваться, Джонатан протянул руку к лицу вампира. В глазах застыл немой ужас. Нет-нет, не смей говорить об этом, замолчи…
- Я мог бы дать тебе многое, Джон, но ты отверг мою благосклонность.
Нечеловеческое усилие – и рука опустилась. Еще усилие – и почти расслабилась другая, сжимавшая запястье Сорси.
В конце концов, это было неминуемо и должно было случиться уже давно. И Джонатан, как бы страшно и малодушно это ни звучало, был готов… Очевидно, это был легкий путь, самый простой из всех имеющихся и – втайне – самый желаемый. Лучше уж умереть, чем всю жизнь тащить на себе груз воспоминаний о днях, проведенных в Трансильвании. О слабостях и пороках, открывшихся в нем, стоило лишь искушению перейти привычные рамки. О падении, которое (он полностью осознавал это), сколько ни кайся, ни причащайся, все равно останется для него соблазнительным и захватывающим дух. О том, что навсегда изменило его…
«Ты забрал у меня мой рассудок… что же ты можешь дать мне взамен?»
Вампир вздрогнул, словно услышав его мысли, и вдруг прекратил душить. Хотя даже легкие прикосновения к шее были сродни пытки, до Джонатана дошло, что настоящая пытка подошла к концу.
Ноги подкосились – Харкер рухнул на колени, как только блондин и его приспешники растворились под покровом ночи. Мысли, чувства, силы разом оставили его, и он растерянно посмотрел на небо, словно там можно было найти чем заполнить опустевшую душу.
Жизнь… ему была дарована жизнь, и вся его реакция на это чудесное спасение заключилась в одном глупом односложном вопросе.
«Зачем?»
Джонатан не сразу осознал, что пронзительный, истошный вопль издает его собственная глотка.

0

45

Все это походило на какой-то театр абсурда: вот подбежала невеста их пленника к нему, кинула им деньги, что-то заговорила про то, что тот болен. Она стояла в стороне и смотрела на то, как Сорси полез снова к этому смертному, потом недовольно шипел о синяках... в какой-то момент Совести захотелось вмешаться, но все же она почему-то осталась в стороне. Видимо почувствовала то, что не стоит этого делать, а после еще голос графа подтвердил ее догадки.
"О, вот даже как? Как прикажете, граф", - она не стала противиться приказу графа, зная о последствиях, которые могут быть после. А вот Сорси явно оказался недоволен таким решением, судя по тому, как исказилось его лицо.
"Это плохо кончится. Никогда не видела этого разгильдяя в таком состоянии", - она бы посчитала это забавным, но понимала то, что ничего забавного в этом нет. Никто не мог сказать, что может вытворить этот блондин в таком состоянии. Впрочем, после он ее удивил снова, когда повернулся и спокойно заявил, что они уходят. Тут Сатин даже не сразу нашлась, что сказать.
- Да, идемте домой. Пир отменяется, - остальные вампиры отступили в лес и вскоре исчезли в темноте, а свита графа все еще стояла перед монастырем, словно ожидая чего-то. - Не обращай на него внимания, Пуазон. Он злится совсем по другой причине. Хотя злиться надо явно не нам. Уходим. Не стоит злить графа, - уже тише добавила женщина, приподнимая юбку платья, чтобы не наступить на него, после чего повернулась и пошла прочь от этого места.
"И когда же граф намерен вернуться? И можно ли мне наказать этих двоих за то, что не поставили меня в известность и развернули здесь весь этот фарс, граф? - обратилась она мысленно к Дракуле, надеясь на то, что тот все-таки удостоит ее ответа. Не хотелось бы остаться проигнорированной. - Вы же знаете, что я бы не пошла против Вашей воли, если бы Вы поставили меня изначально в известность о своих планах, а не только этого самовлюбленного юнца".
- Сорси, Пуазон! Что встали, словно вкопанные?! Идемте! - она буквально прикрикнула на своих подопечных, коими она все еще считала этих двух вампиров. Она хотела уже уйти и, если получится, успеть поохотиться, а то от этой игры ее голод напомнил себе тут же.
"Не стоило отправляться сюда и поддерживать их в игре, но слишком соблазнительной оказалась перспектива такой охоты. Как жаль, что все так сложилось. Весьма печально".
Обведя кончиком язычка свои губы, коснувшись клыков, она хмыкнула и все же направилась прочь в сторону замка.

===> Трансильвания, Замок графа Дракулы, Гостиная

0

46

Чувствуя, что почти теряет сознание от страха перед таинственными незнакомцами, от которых исходила аура ярости и ненависти, мисс Мюррей изо всех сил пыталась, как говорится «сохранить лицо» и не разрыдаться от панического ужаса охватившего ее душу.
А от вопля ее жениха, прозвучавшего по-звериному и  как-то затравленно, Мине показалось, что ее сердце и вовсе остановилось.
«Как глупо! Это всего-навсего обычные грабители! Максимум, что они еще смогут сделать - это забрать у меня распятие и часы… Больше брать у меня нечего», - пыталась саму себя подбодрить девушка (что, признаться, выходило прескверно), отчаянно стараясь не обращать внимания на то, что «грабители» вели себя с Джонатаном как со своим знакомым…
«Как все это странно… Но, нет, мне все это просто кажется от усталости, переживаний и страха! Господи спаси нас и помоги сохранить рассудок во здравии».
Мысли мелькали и путались в голове девушки. Еще бы, какое-то незначительное мгновение, доля секунды и Вильгельмина верно упала бы подле своего жениха на сырую и холодную землю, но видимо Господь услышал ее отчаянные молитвы, ибо незнакомцы, негромко обмениваясь какими-то фразами, отступили. Почему, о чем они говорили, Мина не задумывалась и не прислушивалась, все ее внимание было обращено на Джонатана:
- Вставай! Поднимайся, мой дорогой… - мисс Мюррей, поддерживая за руку своего жениха, помогла ему подняться, боясь оставаться более в этом страшном месте.
Кинув еще один взгляд на удаляющиеся фигуры в черном, Вильгельмина почувствовала, что страх окутывавший ее прежде плотным коконом, стал потихоньку отступать, девушке показалось, что даже дышать стало намного легче, чем прежде.
- Обопрись об меня, любовь моя. Все прошло. Теперь все позади, эти страшные люди ушли… Я тут, с тобой. Ну же, Джонатан, нам надо уходить. Не нравится мне это место…

0

47

Отлично... Сорси еще и обиделся на все это. Что за глупая ревность? Он прекрасно знал и зачем граф едет в Лондон, и что не всегда может получиться выйти на связь. Если на то пошло, то можно считать чем-то необычным то, что получилось связаться с ним в аббатстве Карфакс. И это не смотря на то, что связь со своей свитой была у него очень сильной. Только в последнее время Дракула все больше чувствовал разлад в себе самом. Да, и именно в себе самом, потому что разлад был в тех, кто были частью самого графа. Почему так происходило? Почему они так боялись отпускать своего господина из Трансильвании? И почему они все стали вести себя настолько странно? Особенно Сорси.
"Но больше бесит эта его симпатия к Харкеру. Когда же ты поймешь, мой милый, что нельзя доверять людям? Удивительно, как они сами друг другу доверяют. Лживые твари. Даже сейчас Харкер предпочел бы умереть, чем раскрыть правду своей невесте. Ооо, да и разве может он признаться ей в том, что воспылал желанием к мужчине? А теперь сам пытается себя же оправдать. Омерзительно... люди просто омерзительны!"
Больше связываться со своей свитой граф не стал. Слишком много они наделали того, чего Дракула не позволял им делать. И это было, мягко говоря, неприятно. И противно было осознавать, что может потерять власть, только от этого. А подобного прежний господин Трансильвании позволить не мог. Слишком многих жертв ему стоило поддерживать свой статус при жизни, а теперь и тем более.
"Как они не могут понять этого? Почему только усложняют все? И это когда как никогда прежде мне нужна их поддержка. Я близок к свершению своей цели, а в итоге получаю, что те, кто дороже всего мне в этом злосчастном мире, делают все, чтобы мне стало только сложнее выполнить все. Я не могу продолжать существовать как прежде, когда подвернулся шанс отомстить..."
И все это говорило только об одном - нужно закончить со всеми делами как можно быстрее. А значит... пришел черед довести начатое до конца. Скоро в Лондоне появится новая царица ночи. А Мина... что ж, Мина все равно не уйдет никуда. Зерно сомнения посеяно, и она очень скоро подчинится тому, что зародил это сомнение в ней. В этом Дракула не сомневался.

0

48

Сорси злился. Он буквально негодовал из-за произошедшего в этом монастыре. Мало того, что сначала он чуть не поддался в желании пощадить Джонатана, так потом еще и граф сказал такое, что простить вампир никак не мог. А потому он даже не заметил то, что его любимая сестричка рядом, а это - непростительно.
- Он мне не нужен. Он смертный и вскоре его красота увянет. Это был... минутный порыв, - оправдался блондин перед Пуазон, которую буквально покоробило от его оплошности, что он чуть не ушел с Сатин, с которой они даже никогда не общались толком.
!Вот как он ценит семью... вот как мы ему дороги... что ради чертовой смертной он готов убить нас! Неужели так важна эта месть? И неужели мы настолько мало для него значим, что ему это дело так важно?"
Мысли становились все мрачнее, как и внешний вид Сорси. Словно тьма сгущалась вокруг него и отражалась на нем самом. Он молча пошел за Сатин, когда та прикрикнула на них. О чем говорить? О том, что они переполошили весь замок, а в итоге охота сорвалась? Вряд ли им это простят другие, а значит, в ближайшее время свите предстояло жить в очень напряженной обстановке.
- Думаю, что мне пора с вами всеми расстаться. Больше сидеть в этой глуши нет никакого желания. Даже поиграть не дают, - он старался говорить все это спокойно и без лишних эмоций, но все же сдерживаться иной раз становилось сложно. Просто накипело. - Соберу свои вещи и уеду куда-нибудь. Надо же изведать мир, а то в чем смысл вечности, когда заперт в четырех стенах? - продолжал рассуждать вслух, иногда сопровождая свои слова жестами, которые ничего не значили. Просто нервы сдавали. - Как смотришь на это, Пуазон? Хочешь отправиться в путешествие или же будешь дожидаться его возвращения? - Сорси не смог заставить себя произнести вслух имя графа. Просто теперь она благополучно вызывало у него отвращения. Вот так легко одна ситуация настроила спонтанного блондина против графа.
"Уеду домой... или... нет, лучше отыщу Ренфилда. Бедный, ему должно быть так одиноко... а все из-за графа. Если бы он не отправил бы Ренфилда обратно в Англию, то мы бы помогли ему стать подобными нам. И тогда его безумие не выделялось на общем фоне".
Ренфилд... ему показалось это вполне хорошей идеей. Уедет, развлечется и будет рядом тот, кто его... скажем так: почитал. Сорси не мог сказать, любил ли его этот человек, но почтение перед "господином" все же присутствовало.
"Решено! Уеду, найду Ренфилда и больше не вернусь сюда. И пусть живет со своей реинкарнацией жены, если она действительно является таковой. Это больше не касается меня".
Вампир старался себя в этом убедить. Благо, время теперь было на его стороне.

===> Трансильвания, Замок графа Дракулы, Комната Сорси

0

49

- Сорси, Пуазон! Что встали, словно вкопанные?! Идемте!
Пуазон недовольно поморщилась от окрика Сатин.
"Еще чего... Пойду я с тобой, когда ты такая злая. Оно мне совершенно не надо - слушать твои крики и видеть перекошенное ненавистью лицо. Это абсолютно не по мне".
Но чем больше вампирша думала об этом, тем яснее понимала, что выбора-то у нее нет. Ей нужно вернуться в замок, потому что... А куда еще ей идти? С Сорси в его таинственное путешествие? Пожалуй, она сыта поездками. Так что, хотя перспектива сбежать от Сатин и других вампиров, которые вряд ли будут им рады, была весьма и весьма заманчивой, Пуазон приняла решение вернуться домой. Она устала и не хотела бегать за Сорси, который в последнее время явно предпочитал общество непонятных мужчин. Ее саму подобные личности почему-то не привлекали, как и она их. Поэтому с Сорси ей делать было нечего.
- Прости, милый, - обратилась она к блондину, - но это будет только твое странствие. Знаешь же, как меня утомляют все эти долгие переезды, я так плохо переношу их... Я буду тебе обузой, ты же не хочешь этого? Прощай, Сорси.
Пуазон на мгновение прикрыла глаза - она ничего не забыла? С графом они редко общались напрямую, поэтому вряд ли он ждал от нее каких-то слов.
Мое почтение,- неожиданно для себя самой Пуазон сделала реверанс в сторону графа и исчезла вслед за Сатин.

===> Трансильвания, Замок графа Дракулы, Гостиная

0

50

С осознанием того, что все, к счастью, закончилось, последние силы покинули Харкера. Он вряд ли поднялся бы с земли и, скорее всего, умер бы прямо здесь от животного страха, голода или обезвоживания; но ласковый, хоть и встревоженный, голос и теплые нежные руки заставили воспрянуть от проклятой земли.
"Продолжать. Бороться".
Тепло человеческих рук! Как давно он не ощущал его своей кожей! Нетвердо стоя на ногах, Джонатан перехватил руку своей невесты и поднес к своим шелушащимся губам. Он и так низко пал, достаточно ему позора: не хватало еще, чтобы девушка помогала ему стоять ровно!
Дабы не прогонять перед глазами в сотый раз ужасы произошедшего, клерк постарался занять себя другими мыслями. Собственно, как они собрались добираться до... куда... как там его... Быстрица? Стоило представить, что им предстоит еще пройти несколько километров пешком, как сила притяжения Земли, казалось, увеличивалась вдвое и вновь просыпалось малодушное желание стонать от смертельной усталости.
Джонатан бросил мутный взор на Мину. С трудом верилось, что хрупкая девушка - сколь бы она ни была сильна и вынослива для юной дамы - проделала весь путь сюда в одиночку на своих двоих. Это значило, что где-то поблизости должен был быть экипаж, поджидающий их.
На этом мысли закончились. Джонатан опустил взгляд в землю, сконцентрировавшись на том, чтобы передвигать стертые в кровь ступни, стараясь не задевать ими гальку.
Глупо было предполагать, что мучения закончились с уходом врагов.

===> Трансильвания, Окрестности, Быстриц

Отредактировано Jonathan Harker (2013-06-27 22:49:18)

0

51

Какое же облегчение, что те странные люди ушли! Когда их силуэты растворились в ночной тьме, девушка снова обратила все свое внимание на жениха, который сейчас поцеловал ее руку. Как же плохо он выглядел! Измученный, изнеможенный буквально, он с трудом стоял на ногах, благородно и добровольно отказываясь от ее поддержки. Но, несмотря на это, Мина шла рядом, боясь, что жених в любой момент может упасть, а этого она желала меньше всего.
"Как же хорошо, что он не уехал!"
Видимо кучер решил смиловаться над девушкой, а потому не стал уезжать, хотя и боялся оставаться в этом месте (от ее взгляда не ускользнула, что тот тут же схватился за крестик, как они остановились, и она вышла из экипажа).
- Помогите, прошу Вас! - взмолилась девушка. Человек, хоть и помедлив, но все-таки спустился и помог завести Джонатана в карету. После этого, когда она села рядом, она попросила кучера как можно быстрее доставить ее с женихом в город. Всю дорогу она старалась не дать Харкеру потерять сознание, но это оказалось выше ее сил. Что она могла поделать? Ровным счетом ничего. Ее сердце трепыхалось от страха за жениха в груди так, словно пташка, которую только что посадили в клетку, и она все еще надеется выбраться наружу. Страх за близкого ей человека правил ей, но все же мисс Мюррей даже в такой ситуации оставалась сосредоточенной и следила за ним.
- Держись, милый... потерпи еще немного. Вскоре мы будем в городе, и доктор осмотрит тебя. Он поможет тебя, дорогой...
Обняв жениха, она прижала его голову к своей груди. Теперь главное добраться до города, а там им обязательно помогут...

===> Трансильвания, Окрестности, Быстриц

0



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC